Мой супруг – бабник.

У меня есть свой дом, взрослые, не по наслышке устроившиеся в жизни дети, увлекательная работа, супруг, и при всем при этом я чувствую самое себя абсолютно разрушенной и несчастной. Не говоря уже о том, что, обдумывая прошедшую жизнь, я понимаю, что вся она была отравлена 1-м – мой супруг бабник. Я ни разу его так не называла и в том числе сама себе в данном не признавалась, а в данный момент смотрю на него, и лишь этим словом определяю всю сущность его.

Сказать, что я не могла знать, с первых шагов, что он такой, я не имею возможности, так как, когда мы собрались пожениться, супруг честно меня предупредил, что любит представительниц слабого пола и навряд ли будет способен хранить мне верность до конца своих дней. Но влюбленная, самоуверенная и гордая, что данный женский баловень принял решение жениться именно на мне, не позволило предвидеть, во что превратится моя жизнь.

А в таком случае, юная, самоуверенная, я приняла решение, что смогу привязать его и заменить ему всех представительниц слабого пола сразу. Когда мой будущий супруг предложил мне сразу прийти к соглашению об основном условии брака – наличии персональной свободы для обоих, я ни минуты не задумываясь, дала согласие.

Под персональной свободой супруг имел в виду то, что и он, и я имеем возможность позволить себе на стороне любые увлечения и связи, однако при всем при этом на семье это никак не должно отражаться. Это к тому же называется «свободный брак». Вот именно «свободный брак» он мне и предложил, честно предупредив, что на другой он не согласен.

Я дала согласие, чувствуя самое себя современной и, как нынче говорят, продвинутой, внутри души, будучи уверенной, что, помимо меня, супругу никого больше не захочется. Так мне и казалось первое промежуток времени. А затем «разведка донесла» что его видели с другой представительницей слабого пола.

Я первый раз испугалась – мало ли что?! Вдруг та, другая, привяжет его так сильно, что он захочет остаться с ней. Но супруг как и прежде возвращался домой, был забавный, заботливый, ласковый. Он чрезвычайно хозяйственный, в том числе в самое трудное промежуток времени находил способы сделать деньги таким образом, чтобы дом был полной чашей, не вспоминая уже про то, что он лично имеет навык делать все, что требуется в доме.

Потом появилась другая, третья… В нашем маленьком населенном пункте трудно спрятаться, а он не слишком-то и прятался в действительности, появляясь со своими подругами на улицах, в ресторанах. Подружки недоуменно расспрашивали меня, а я отмахивалась и вне зависимости говорила им, что у нас «свободный брак», что супруг все точно также любит меня и ни разу не оставит.

А что у меня раз за разом было в душе, не знает никто. Раз за разом, когда я узнавала, а потом в том числе и не зная, я испытывала панику, в ужасе думая, что вот эта, еще одна, будет способен увести его из семьи. Нет возможности объяснить, что я чувствовала, укладываясь с ним в супружескую постель, точно зная, что он только вот был с другой. Надеясь привязать мужа покрепче, я родила дочь, потом сына. Муж очень любит детишек, но это не вредило ему жить так, как он жил.

Ну и, следует отметить, что за все годы нашего брака я ни одного раза не решила воспользоваться данной самой персональной свободой. Мне казалось, что это
предательство относительно к семье, к тому же не нужен мне был никто, помимо него.

Со временем я стала ловить самое себя на том, что каждый день думаю, где он, с кем он в данный момент, какая та, другая, и чем она гораздо лучше меня. Когда он возвращался, я искала следы другой представительницы слабого пола: запах, помаду. Присматривалась к его поведению, стараясь понять, о чем, вернее о ком, он полагает. Я в том числе ходила смотреть на его любовниц. Не следует объяснять, что это стало навязчивым состоянием.

Свои страхи, внутреннее опустошение, постоянное напряжение я стала, как говорят квалифицированные работники, «заедать», разумеется, растолстела, а от этого стала к тому же больше бояться, что теперь-то он точно уйдет к другой, но остановиться не имела возможности.

Так я прожила до конца своих дней. Дети выросли. Кстати сказать, они чрезвычайно любят отца, так как он, не смотря на занятость, все время уделял им промежуток времени и внимание, заботился – он, действительно, любит и гордится ими. Но в том числе дети не заставили его изменить жизнь.

Когда дети к тому же были крохотными, я сделала попытку поговорить с супругом, объяснить, что так жить я дальше не имею возможности, что устала и измучилась от его бесконечных измен. Он выслушал, чрезвычайно расстроился и сказал, что недостоин меня, что все время любил меня, но ничего изменить внутри себя не может быть, не может быть устоять перед другими представительницами слабого пола и вспыхивающим к ним чувствам, что сам он ни разу не оставит семью, но готов смириться с любым моим решением.

Он все же и о тех его любовницах тоже заботился: мог помочь материально, все делал в доме, устаивал на работу, решал трудности и т.д.. В том числе расставшись с ними, он умудрялся сохранять дружеские отношения и как и прежде помогать им по необходимости.

Когда я встала перед выбором – оставить все, как есть, или развестись, я поняла, что все точно также его люблю и не имею возможности от него категорически отказаться. Я в том числе этих его представительниц слабого пола понимаю – до такой степени он добр, обаятелен, галантен, а в случае если прибавить сюда к тому же и симпатичную внешность, то получается, что он неотразим.

Сейчас мне исполнилось пятьдесят лет. Когда я смотрю на самое себя в зеркало, вижу толстую старую, неинтересную, неухоженную представительницу слабого пола с погасшими глазами. А в душе чувствую, что мне не 50, а 100 лет, и ничего меня в жизни не радует и не интересует, как будто душа выжжена вечным огнем ревности и страхом быть брошенной.

А муж? Муж, в конце концов, угомонился. Теперь он дома постоянно, так как такая беспорядочная и напряженная жизнь подорвала его здоровье, и он стал инвалидом по истечении инсульта. Теперь он не нужен своим многочисленным подружкам, так как тяжело передвигается по квартире и полный импотент.

Я, понятное дело, ухаживаю за ним – жена же. Но от случая к случаю я ловлю на его лице мечтательную улыбку и понимаю, что он вспоминает свое существование, полную страстей и чувств. А когда я думаю о своей жизни, то, помимо мук, страха, переживаний, унижения и разочарования, ничего вспомнить не имею возможности. И я начинаю тихо ненавидеть его, уже беспомощного.

Врачи говорят, что болезнь прогрессирует, и совсем скоро он как говорится не будет способен вставать. Сбережений у нас нет – то, что он зарабатывал на
стороне, тратил на любовниц. Не по наслышке, что немного могут помочь дети, к тому же я к тому же работаю.

Теперь мой муж только лишь мой, не говоря уже о том, что, в отсутствие меня он уже в настроящий момент не смог бы прожить. Теперь он никому, помимо меня, не нужен. Теперь я полностью жизни прикована к инвалиду, который исковеркал всю мою жизнь и изнасиловал над моими чувствами.

Скажете, сама виновата? А я и не спорю. Зато я сполна расплатилась и к тому же расплачусь за свои ошибки в жизни: за то, что любила и никого не слушала, за то, что терпела, в надежде, что он изменится, за то, что не хватило сил когда-то уйти от него и построить другую жизнь.

Меня попросили написать это все, так как с моей жизнью все ясно. Но, быть может, кто-то прочитает и задумается. Я почти все поняла, но как выяснилось поздно – 2-й жизни не будет.

Галина Л.


Статья была опубликована в категории Женские новости.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *